1991 - Мечта самоубийцы

ЗАВТРА

Каждый день в автобусной давке

Под взглядом усталых небес

Я вижу тебя, моё завтра:

Ты – рядом, ты уже здесь.

Вчерашний тюремный запах –

Из влажной камеры рта.

– Ну что, догниваешь, завтра?

– Ну что, помираешь, мечта?

Не локти – стволы автоматов,

Не спины – стены кругом.

Моё завтра ругается матом,

Моё завтра не хочет пешком.

В очках, с проездным билетом,

С глазами цвета толпы,

Моё завтра читает газеты,

Чтобы знать, каким ему быть.

Любой поворот – внезапный.

Как на ногу на вираже,

Каждый день наступает завтра

На горло моей душе.

Смотрю на небо – вся эта грязь

Давно уже стала цветом моих глаз,

Давно уже стала ветром моих слов,

Моих бесполезных идей.

Я никому не отдам своей вины!

Этот мир никогда не станет иным.

Я не хочу здесь себя плодить,

Я не хочу иметь детей!

КОГДА ТЫ УМРЁШЬ

Когда ты умрёшь,

Земля вздохнёт, прольётся светлый дождь.

Нежная печаль великой бескрайней воды

Сотрёт твои следы.

У тебя под ногами смерть –

И на этот раз ты безоружен.

У тебя под ногами планета Земля,

Которой ты больше не нужен.

Когда ты умрёшь…

Последний аккорд,

Последний взгляд назад, во тьму веков.

Твои машины, твои города – как долго на этой Земле

Ты строил свой фамильный склеп.

У тебя под ногами смерть –

И на этот раз ты безоружен.

У тебя под ногами планета Земля,

Которой ты больше не нужен.

Когда ты умрёшь…

Когда ты умрёшь,

Земля вздохнёт, прольётся светлый дождь.

Нежная печаль великой бескрайней воды

Сотрёт твои следы.

УНИЖЕНИЕ

Твоё лицо красиво,

Но это ничего не значит.

Твоё тело дарит мне нежность,

И я снова, как мальчик,

Бегу за тобою тенью,

Почуявшим самку псом.

Ты – моё унижение,

И – всё!

Европа красива,

Но это ничего не значит.

Твоё тело дарит электроигрушки,

И я снова, как мальчик,

Бегу за тобою тенью,

Почуявшим мясо псом.

Ты – моё унижение,

И – всё!

Я обрастаю новой кожей,

Покрываюсь чем-то лишним.

У меня всего – больше, больше!

Я сам – всё ниже, ниже...

Мир орёт хором грозно:

«На колени! На колени!»

Происходит просто

Унижение…

Одолжение…

Раздражение…

Разрушение…

Моя страна красива,

Но это ничего не значит.

Твоё тело дарит вдохновенье,

И я снова, как мальчик,

Бегу за тобою тенью,

Почуявшим ласку псом.

Ты – мое унижение,

И – всё!

Я обрастаю новой кожей,

Покрываюсь чем-то лишним.

У меня всего – больше, больше!

Я сам – всё ниже, ниже...

Мир орёт хором грозно:

«На колени! На колени!»

И происходит просто

Унижение…

ДЕНЬ МИХАИЛА

Неспокойно Земле в эту ночь...

Не сойти бы с ума!

Скоро наступит зима.

Первый падает снег.

Страшно мне...

Моей осени нет.

Впереди – только белая смерть.

День Михаила –

И нет тебя со мной,

Ангел-хранитель мой!

День Михаила –

И не услышит мой стон

Никто, никто...

Был уверенным шаг, стал – слепым.

Только плачет метель,

Роняя алмазную пыль...

Как нелепы слова!

Воздух пуст.

В безмолвную мглу

Лежит одинокий мой путь.

День Михаила –

И нет тебя со мной,

Ангел-хранитель мой!

День Михаила –

И в питерской глуши

Никого, ни души...

День Михаила –

И нет тебя со мной,

Ангел-хранитель мой…

День Михаила –

И не услышит мой стон

Никто, никто...

МЕЧТА САМОУБИЙЦЫ

Я убиваю себя так беспечно:

Пью свой век, свои мысли курю.

Я проживу без претензий на вечность,

Я у жизни себя отберу.

Оставь телефон – я слыву одиноким.

Не звони – я сам позвоню,

Когда тело моё перестанет быть роком,

Когда я ничего уже не спою.

Какой удивительный танец –

Не остановиться!

Жизнь – это мечта,

Мечта самоубийцы.

Я совсем не устал,

Я хочу расплатиться.

– Сколько стоит мечта,

Мечта самоубийцы?

Вдохни глубоко – этот воздух отравлен.

Он поймёт, он наполнит меня.

Смотри – как невинно течёт из-под крана

Чистый яд, ослепительный яд.

Какой удивительный танец –

Не остановиться!

Жизнь – это мечта,

Мечта самоубийцы.

Я совсем не устал,

Я хочу расплатиться.

– Сколько стоит мечта,

Мечта самоубийцы?

ТВОЙ ПАПА – ФАШИСТ


Не говори мне о том, что он добр,

Не говори мне о том, что он любит свободу,

Я видел его глаза – их трудно любить.

А твоя любовь – это страх,

Ты боишься попасть в число неугодных,

Ты знаешь – он может прогнать, он может убить!

Твой папа – фашист!

Не смотри на меня так – я знаю точно:

Просто фашист!

Не смотри на меня так…

Быть может, он просто жесток,

Быть может, ему не знаком Шопенгауэр,

Но воля и власть – это всё, что в нем есть.

И я не пойду за ним –

Я вижу плоды могучих иллюзий.

Мне нужен свой свет, мне нужен свой крест!

Твой папа – фашист!

Не смотри на меня так – я знаю точно –

Просто фашист!

Не смотри на меня так...

И дело совсем не в цвете знамён –

Он может себя называть кем угодно,

Но слово умрёт, если руки в крови.

И я сам не люблю ярлыков,

Но симптомы болезни слишком известны:

Пока он там, наверху, – он будет давить!

Твой папа – фашист!

Не смотри на меня так – я знаю точно:

Просто фашист!

Есть идеи, покрытые пылью,

Есть – одетые в сталь.

Что в них – не так уж важно,

Гораздо важнее – кто за ними встал.

Не говори мне о том, что он добр,

Не говори мне о том, что он любит свободу,

Я видел его друзей – их трудно любить.

А твоя любовь – это страх,

Ты боишься попасть в число неугодных,

Ты знаешь – он может прогнать, он может убить!

Твой папа – фашист!

Не смотри на меня так – я знаю точно:

Просто фашист!

Не смотри на меня так...

Твой папа – фашист!

Мой папа – фашист!

Ваш папа – фашист!

Наш папа – фашист!

Не смотри на меня так…

БЕЗ САХАРА

Попс – кремовый торт.

В уши – сладкий свинец:

Слышу музыку – музыку слипшихся жоп,

Музыку жирных сердец.

Радио – розовый гной,

Потный телеэкран...

Деньги-мухи летят на говно:

Играй, лабух, играй-рай-рай-рай!

У них уже рай:

Ангелы блеют псалмы,

Сироты продолжают играть –

Пир во время чумы.

Кофе – чёрный ритм.

Водка – горечь души.

Моя кровь начинает говорить.

Она говорит тебе, жизнь:

«Мне – без сахара!»

Адам норовит за бугор,

Ева – в интерпостель.

Если это любовь,

Значит, я – импотент.

Жидкость – моя колыбель,

Я плавал и пил всегда.

И сегодня я говорю тебе,

Мама моя, вода:

«Мне – без сахара!»

СЛУЧАЙНО

Вдали… Мне так плохо вдали –

Потускневшая боль потускневшего мира.

Дружелюбные желтые пятна человечьих лиц –

Как видеоночь в чужой квартире.

Закат... Безразличный закат –

Как вечная смерть вечного солнца.

Я называл это «слёзы», теперь – это река,

По которой мы все вернёмся.

Небо вновь наполнит

Мои глаза ночной печалью.

Мы здесь ненадолго,

Мы здесь совсем случайно.

Домой…

Я любил это слово «домой».

Мой город мне льстил, мой город был послушен.

Но пока я смотрел на звезды, он стал моей тюрьмой –

Дома мне ещё хуже.

Слышишь вой волка? –

Какое родное отчаянье…

Мы здесь ненадолго,

Мы здесь совсем случайно...

Я так хочу наполнить

Твои глаза последней печалью.

Мы здесь ненадолго,

Мы здесь совсем случайно...